Содержание:

ВВЕДЕНИЕ. 2

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ФЕНОМЕНА ПОЛИТИЧЕСКОГО БРЕНДИНГА.. 5

1.1 Понятие политического бренда. 5

1.2 Технологии политического брендинга в современной публичной политике  9

Вывод по главе 1. 15

ГЛАВА 2. ТЕХНОЛОГИИ СОЗДАНИЯ И ПРОДВИЖЕНИЯ ПАРТИЙНЫХ БРЕНДОВ.. 18

2.1 Особенности партийного брендинга. 18

2.2 Партийный брендинг в постсоветской России. 24

Вывод по главе 2. 30

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 32

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.. 34

Введение:

Актуальность темы. Современная мировая политика определенным образом превратилась в поле конкуренции брендов. Города, государства, транснациональные образования и локальные территории конкурируют за мировые ресурсы на одном уровне. Политический дискурс современности содержит большое количество территориальных образов: «город, где все начинается», «центр финансового успеха», «страна счастливых людей», «государство социальной справедливости», «ячейки комфортного проживания», «культурные столицы» и «эпицентры науки и передовых технологий».

Уникальность концепт-образа - один из факторов успеха территории в мировых политических процессах. Территория, которые имеет уникальные преимущества, и вызывают особые впечатления, становятся ценностью для жителей, вызывая интерес у соседей. Она становится брендом - фактором внутренней стабильности, перераспределения мировых ресурсов, фактором привлекательности для высококвалифицированных специалистов, инвесторов, туристов. Инструментом создания положительного концепт-образа, территорий может стать ее брендинг как политика управления территориями, не государственный управления, а именно политика самоорганизации территории путем артикуляции интересов территориальной общины и ее привлечения к современным политическим процессам и практик. Целью  такой бренд-политики является, в первую очередь, - комфорт своих граждан, а затем - капитализация территории для внешней целевой аудитории.

Анализ исследований и публикаций. Идея брендинга в современную политическую науку пришла по экономическому маркетингу. Так, в работах С. Анхольта[1], К. Динни, Ф. Котлера[2], В. Оллинса, А. Панкрухина, Д. Траута[3], брендинг рассматривается в качестве целенаправленной деятельности заинтересованных групп по капитализации ее активов с целью получения прибавочной стоимости и соответственно доходов от бренда.

Среди политологических исследований брендинга следует выделить российскую научно-практическую школу (И. Важенина, Д. Визгалов, Д. Гавра, Т. Гринберг[4], В. Доминин, Д. Замятин, М. Спирченко, Ю. Таранова, В. Тарнавский, Г. Туровский, А. Тюкаркина, И. Черная)[5]. Отечественные исследователи имиджирования  и практики брендинга  - Д. Богуш, А. Швец, Л. Шульгина, Ю. Щегельская и другие[6].

Целостное отечественное исследования брендинга в современной политике отсутствует, что обусловило выбор темы и направление данного исследования. Сегодня «branding» уже стал предметом междисциплинарного знания в мире. Его исследуют представители государственного управления и политической географии, политической науки и социальной философии, социологии и культурологии, журналисты и маркетологи. Наиболее распространенной неэкономичной трактовкой брендинга территорий является понимание его направлением информационно-коммуникативной политики государства или политикой управления территориями. Целостное отечественное исследование брендинга территорий в современной политике отсутствует, что обусловило выбор темы и направление исследования.

Объект исследования – политический брендинг.

Предмет исследования - технологии создания и продвижения партийных брендов.

Цель исследования - выяснение сущности, форм проявления и специфики внедрения брендинга в современной политике как технология управления избирательной кампанией.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

1. Понятие политического бренда.

2. Технологии политического брендинга в современной публичной политике.

3. Особенности партийного брендинга.

4. Партийный брендинг в постсоветской России.

Заключение:

Современные мировые процессы переживают качественную трансформацию смыслов. История человечества достигла определенной кульминации противостояния рациональных факторов прогресса и иррационального ощущения падения духовности, межличностного доверия и социальной безопасности.

Военные конфликты и гонка вооружения дополнились информационными войнами,  техногенными катастрофами, политическими переворотами и сращиванием финансового капитала с политическим и социокультурным. Мир симулякров маргинализировал идентичности и границы территорий. Города и государства, транснациональные политические организмы и локальные территории на одном уровне конкурируют за мировые ресурсы, используя бренд-политику в качестве одного с целесообразных векторов своего развития и влияния.

Методологической концепции, которая способна закрепить операционализацию категориально-понятийного аппарата для таких исследований, способна стать теория брендинга политических территорий, которая понимает этот процесс как форму направление политики управления территориями. Ее внутренне-территориальное измерение зависит от качества взаимоотношений между властью, бизнесом и обществом.

Внешнеполитическое измерение политики обуславливается формированием индекса доверия нерезидентов к территории, а, в конечном счете, проявляется в перераспределении мировых ресурсов и накопления территорией дополнительных активов.

В изложенном контексте возникает необходимость трансформации государственной региональной и молодежной политики, образовательных и профессиональных программ, государственного и государственно-частного партнерства в сторону генерализованного доверия общества и распространения капитала лояльности территорий. Человеческий интеллектуальный, культурный, социальный капиталы России и репутационный актив ее экспорта - основание для содержания и совершенствования этого капитала в их пределах, поскольку коррупция и политические факторы (политизация экономического сектора, кадровая политика, неэффективность законодательства и судебной ветви власти, недееспособность партийной, избирательной систем и местного самоуправления) лишают страну конкурентоспособности в мире на том уровне, которого она заслуживает.

Подводя итог вышесказанному, следует отметить, что стратегическая модель создания бренда партии зависит от постоянно меняющихся условий, в которых она рождается, развивается и функционирует. Использование сетевых партийных технологий имеет ряд преимуществ по сравнению с традиционными технологиями: экономическая эффективность, возможность обратной связи с большей скоростью, скачкообразное расширение круга избирателей благодаря компетентному политическому движению или событию, и легкость восприятия. Одновременно с процессом смены целевой аудитории, то есть путем переноса ключевых факторов на другие позиции, необходимо скорректировать курс и составляющие бренда сетевой партии. Однако прогресс не останавливается ни на одном этапе, современный электорат предъявляет все новые и новые требования, касающиеся политической сферы его жизни, быстро реагируя на инновации, применяя новые технологии. Стратегическая модель, в свою очередь, гибко приспосабливается к изменяющейся реальности, реагируя на нестабильные критерии движения и зависит от динамической структуры, в которой работает бренд сетевой партии.

Фрагмент текста работы:

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ФЕНОМЕНА ПОЛИТИЧЕСКОГО БРЕНДИНГА

1.1 Понятие политического бренда

По мнению российской исследовательницы С. Пшизовой, рыночные механизмы воспроизводства власти требуют символов-брендов, имиджей-этикеток, которые заменяют традиции, ритуалы и мифы, то есть ориентиры в политическом пространстве и, как правило, являются виртуальными. Они  вытесняют реальных субъектов властного взаимодействия в процессе политических коммуникаций. Как следствие, создается искусственный (виртуальный) мир политики, который требует соответствующего инструментария[1].

Эффективное применение политических символов и знаков, явление политического брендинга исследовали известные ученые Ж. Сегела, Ж. Бодрийяр, Т. Гэд, С. Пшизова. Принципы политического брендинга сформулировал Жак Сегела, соучредитель и креативный директор ведущего европейского агентства, автор успешных предвыборных кампаний для ведущих политиков мира: голосуют за идею, а не за идеологию; за будущее, а не за прошедшее; за образ социальный, а не политический[2]. По мнению Жана Бодрийяра[3], чтобы стать желанным объектом потребления, каждая вещь должна стать знаком. Знаковая система вещей открывает также сущностную методологию восприятия значений не только конкретных предметов, но и целых институтов, систем и государственных образований.

Шведский  концептуалист Томас Гэд[4] предложил теорию "четырехмерного брендинга", которая предусматривает, что успешный бренд строится по четырем главным направлениям - рациональным, эмоциональным, духовным, социальным, и прежде всего, как системная ценность в подсознании людей. Успех бренда в способности активировать эмоциональную парадигму взаимоотношений человека и бренда.

Все чаще бренды переступают пределы товаров и услуг и распространяются на новые сферы. Применение понятия бренда в политической сфере пока есть необычным для украинского политического пространства. Однако в нашей стране уже накоплен определенный опыт создания и продвижения партийных брендов и все чаще термин "бренд" звучит в политике. Понятие "бренд" является шире понятия "символ" и "символика". Символ является составной бренда и играет ключевую роль в его формировании, а также призван влиять на подсознание и поведение общества.

Термин "бренд" происходит от древненорвежского слова, означающего "Ставить клеймо". Сегодня это понятие обычно используется для обозначения или идентификации производителя или продавца продукта или услуги. А. Морозова[5] утверждает, что при формировании рыночного подхода к политике избиратели отождествляются с потребителями, а политические партии и лидеры - с предпринимателями, которые предлагают широкий выбор услуг в обмен на голоса.

Говоря о партийном бренде - подразумеваем совокупность положительных психологических качеств, которые скрываются за символами и воздействуют на определенные социальные группы. Цель этого воздействия - побуждение к целевому поведению голосования. В политике такие группы называются потенциальными избирателями, электоратом. Партийный бренд можно рассматривать как средство для выделения из толпы для какой-либо партии, с одной стороны, достигается с помощью различных психологических эффектов, выраженных в конкретных поступках и делах, и, с другой - психологическом положительном восприятии деятельности данной партии на долгие годы в подсознании обывателя, в данном случае - избирателя[6].

Необходимым условием существования любого бренда, в том числе и партийного, является его уникальность, которая позволяет потребителю-избирателю выделить, нужен конкретный бренд на фоне множества других. Партийный бренд не может существовать без конкретных громких задекларированных преимуществ (Реальных или виртуальных), вера в достижение которых является основным фактором в поведении электората. Специфика такого бренда заключается в том, что политический товар не существует как материальный предмет и трудно воспринимается как рациональная категория. Поэтому брендинг партии или отдельного политика требует максимальной опредмеченности отношений с гражданами, а также определение той социальной роли, которую партия играет в обществе[7].

В политической жизни страны с многопартийной системой реально могут принимать участие только партии, которые имеют сильные бренды. Чтобы  стать сильным политическим брендом образ партии просчитывается, планируется, его появление в сознании граждан должна быть не случайностью, а с прогнозированным результатом многоуровневого действия.

Создание партийного бренда предусматривает комплекс таких последовательных мероприятий:

• разработка названия партии (в том числе и эффективной аббревиатуры);

• выбор альтернативных названий для партийного бренда;

• создание устава и программы партии;

• формирование партийных девизов;

• конструирования имиджа партии;

• разработка дизайна партийной эмблематики;

• определение партийных бренд персон;

• дизайн рекламных материалов[8].

Кроме наличия сильного бренда чрезвычайно важное значение имеет его подача: правильная, точная, прямая. Нередко требуется представить бренд, аналоги которого людям уже надоели и не вызывают никаких эмоций.

Следует учитывать, что обычно сначала граждане настроены безразлично. Сформировать положительное отношение к бренду чрезвычайно трудно, а без предварительной подготовки и знания соответствующих приемов практически невозможно.

При разработке брендов, избирательной символики необходимо учитывать уровень политической культуры электората, традиций, уровень политической образованности, менталитет избирателя. Постсоветский избиратель в значительной степени отличается от избирателя европейского, а тем более американского.

Поэтому использование элементов, а иногда и копирования западных избирательных кампаний, брендов не приводит к желаемому результату на российском электоральном поле. По утверждениям социологов, украинские избиратели в большинстве обладают так называемым средним типом мышления[9]. В  отличие от стран со сложившимися демократическими системами, где наблюдается более или менее постоянная приверженность избирателей к отдельным партиям, политическим предпочтениям российского электората неустойчивы. Учитывая  такой факт, политики используют все средства психологического воздействия, чтобы привлечь внимание как можно большего числа избирателей.

Символы-бренды должны быть единственными в своем назначении – глубоко засесть в долгосрочной памяти потенциального избирателя. Для  достижения этой цели следует придерживаться следующего порядка их продвижения:

• заявка - информирование избирателей о существовании определенного политика / Партию;

• отделения - благоприятное выделения конкретного политика /партии из общего ряда кандидатов;

• идентификация - комплекс мероприятий, призванных идентифицировать конкретного политика / партии, как "своего" для избирателя;

• раскрутки - закрепление в массовом сознании положительного имиджа конкретного кандидата / партии;

• напоминание - постоянная поддержка на слуху имени кандидата и названия партии.