Содержание:

ВВЕДЕНИЕ. 3

1. Оценка развития продовольственного рынка Вьетнама: роль органических продуктов в формировании пищевой культуры.. 4

2. Особенности рекламы органической продукции во Вьетнаме. 16

3. Примеры рекламы органической продукции во Вьетнаме. 21

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 28

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.. 30

ПРИЛОЖЕНИЕ. 32

Введение:

Быстрая трансформация продовольственной системы Вьетнама за последние 30 лет может быть понята только в контексте рыночных реформ ới Mới и последующих экономических и социальных преобразований (см. Ehlert and Faltmann, этот том). Сельскохозяйственные и общественные события, которые сопровождали экономические реформы, в свою очередь, отмечают необходимую контекстуализацию для изменений в структуре обеспечения и потребления и дискурсов вокруг продуктов питания, которые находятся в центре этой работы.

В данной работе мы хотим рассмотреть проблемы связанные с актуальной сейчас темой рекламы органических продуктов питания. Актуальность данной проблемы возрастает в связи с интересом общества к вопросам здорового образа жизни.

Цель работы – рассмотреть стратегии рекламы органических продуктов во Вьетнаме.

Задачи исследования:

- рассмотреть развитие продовольственного рынка во Вьетнаме,

- охарактеризовать особенности рекламы органической продукции в мире,

- рассмотреть примеры рекламы органических продуктов.

Объект исследования: органические продукты. Предмет: стратегия рекламы органической продукции.

Работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы с приложениями.

Заключение:

Dыделяют следующие основные направления маркетинговой деятельности компаний, производящих и реализующих экологическую продукцию

1. Участие в специализированных выставках и ярмарках биопродукции.

Во Вьетнаме данный инструмент пока не может считаться столь же эффективным, как на Западе: подобные выставки, посвященные органическому сельскому хозяйству, во Вьетнаме  организуются, но, при этом, потенциал их как рекламной площадки органической еды, не используется  (например, Международная выставка и конференция по сельскохозяйственной технике в Хошимин, Вьетнам).

2. Продвижение продукции через розничные сети: рекламные кампании в местах продаж.

Во Вьетнаме применение данного инструмента затруднено в связи с тем, что, согласно статистике, экологические продукты реализуются в основном через крупные торговые сети (70%) по причине небольшого срока хранения такой продукции). Через обычные магазины реализуются чаще всего долго не портящиеся продукты, такие как мед, подсолнечное масло, орехи. А большинство народа страны покупает продукты на рынках.

3. Проведение рекламных мероприятий и акций, направленных на информирование потребителей.

4. Проведение кулинарных мастер-классов и курсов с использованием продукции может быть использовано в качестве инструмента продвижения.

5. Размещение рекламы в специализированных изданиях, каталогах и бизнес-справочниках, например, в ежегодном каталоге производителей, дистрибьюторов, продавцов, магазинов, сетей, поставщиков, сертифицирующих компаний и других новых игроков на рынке .

6. Компании создают свои страницы в социальных сетях, привлекают на них целевую аудиторию и информируют ее об органических продуктах в целом и своей продукции в частности.

Во Вьетнаме основным препятствиям использования сети Интернет в качестве канала коммуникации с потребителями является ограничение доступа в Интернет в регионах. Однако, как указывалось ранее, основные потребители органической продукции – жители крупных городов, поэтому для продвижения экологических продуктов факт неразвитости инфраструктуры связи в регионах значения не имеет.

Таким образом, для игроков вьетнамского рынка органической продукции наиболее эффективным инструментом продвижения являются социальные медиа, а также рекламные щиты и вывески.

Фрагмент текста работы:

1. Оценка развития продовольственного рынка Вьетнама: роль органических продуктов в формировании пищевой культуры

С тех пор, как бывшая социалистическая плановая экономика начала трансформироваться в децентрализованную рыночную экономику, начиная с конца 1980-х годов (все время оставаясь при коммунистическом однопартийном правлении), ситуация с продовольствием во Вьетнаме также существенно изменилась. В то время как централизованно планируемое сельское хозяйство, государственные магазины и продовольственные купоны для дефицитных поставок продовольствия характеризовали годы, предшествовавшие экономическим реформам (Figuié и Moustier 2009), в настоящее время растут, но в то же время неравномерно доступны, изобилие продуктов питания (Figuié and Bricas 2010, 181) , Уровень жизни повысился, и в страну вошли глобальные культурные и корпоративные влияния, в том числе ее продовольственная среда, например, с иностранными ресторанами, сетями быстрого питания, супермаркетами и товарами повседневного спроса (Pingali 2007; Figuié and Moustier 2009; Bitter-Suermann 2014) [2]

В структурном отношении миграция из сельских районов в города и изменение социальных структур, связанных с процессами индустриализации и урбанизации, привели к увеличению разрыва между производителями и потребителями продуктов питания. Прямой контакт с фермерами и отслеживание продуктов питания часто больше не предоставляются, особенно в городских условиях, что составляет «отдаленность» продовольственной системы (Bricas 1993).

Что касается производства продуктов питания, то динамика в значительной степени определялась так называемой зеленой революцией, поворотом сельского хозяйства в сторону агрохимикатов, механизации и высокоурожайных сортов сельскохозяйственных культур (Parayil 2003, 975). Интенсификация сельского хозяйства продолжалась как в Северном, так и в Южном Вьетнаме с 1960-х годов (Fortier and Tran Thi Thu Trang 2013, 83). И все же из-за сбоев во время Второй Индокитайской войны Зеленая революция во Вьетнаме в полной мере начала развиваться в конце 1970-х годов после окончания войны в 1975 году и объединения страны, то есть позже, чем во многих других азиатских странах (Tran Thi Ut and Kajisa 2006). Среди других мер пестициды и химические удобрения достигли значительного прироста производительности, а также привели к росту производственных затрат, структурных зависимостей и нежелательных побочных эффектов как с точки зрения здоровья человека, так и окружающей среды (Carvalho 2006; Скотт и др. 2009; Fortier и Tran Thi Thu Транг 2013). Кроме того, переустройство землепользования, связанное с разрастанием городов, а также с размерами небольших ферм, привело к нагрузке на окружающую среду, продуктивность земель и фермеров (Fortier и Tran Thi Thu Trang 2013). В числовом выражении, в период с 1976 по 2009 год объем использования химических удобрений в сельском хозяйстве увеличился на 10 процентов (Fortier and Tran Thi Thu Trang 2013, 84). Утверждается, что чрезмерное применение агрохимикатов резко возросло после либерализации рынка агрохимических ресурсов в конце 1980-х годов и по-прежнему частично поддерживается незаконным импортом запрещенных в настоящее время веществ (Pham Van Hoi 2010; Tran Thi Thu Trang 2012). Связанные с безопасностью пищевых продуктов кризисы, связанные с высоким содержанием агрохимических остатков в продуктах, происходили с 1990-х годов (Nguyen Thi Hoan и Mergenthaler 2005; Simmons and Scott 2007; Scott et al. 2009). Некоторые рассматривают чрезмерное применение химических веществ в сельском хозяйстве как механизм выживания для вьетнамских мелких фермеров, которые пытаются повысить результаты и прибыль, чтобы обеспечить жизнеспособность перед лицом концентрации земель, процессов дифференциации классов и экономического давления, связанного с промышленным сельским хозяйством (Tran Thi Чт Чанг 2012; Фортье и Чан Чт Чанг 2013). Аналогичным образом, создание «безопасных» этикеток продуктов питания, как описано ниже, было определено как ориентированное на рынок и спрос, а не сосредоточено на вопросах существования или суверенитета фермеров (Scott et al. 2009, 72 ). Попытки правительства регулировать и ограничивать сельскохозяйственные ресурсы включали в себя запрет определенных агрохимических веществ, а также правительственное создание в 1990-х годах «безопасной» маркировки продуктов питания, гарантирующей контролируемое использование агрохимикатов.

Тем не менее, низкая рентабельность для фермеров означала низкую долю на рынке «безопасных» овощей, а отсутствие последствий для производителей в случаях несоблюдения привело к скептицизму среди потребителей (Moustier et al. 2006). В результате после 2001 года программа была прекращена (Moustier et al. 2006), и ее преемником стал VietGAP, вьетнамский вариант общепризнанного стандарта «надлежащей сельскохозяйственной практики» согласно правительственному указу2 (Nicetic et al. 2010). В то время как продукты VietGAP продаются в супермаркетах, многие сети супермаркетов также предлагают свои собственные «безопасные» этикетки для продуктов питания (Moustier et al. 2010). Как правило, все овощи, продаваемые в современных торговых точках, требуют сертификации, которая соответствует государственным правилам безопасного производства овощей (Wertheim-Heck et al. 2015, 98) [1].

Описанные преобразования в продовольственной системе Вьетнама дополнительно заложены и структурированы с помощью правительственных подходов к модернизации и формализации. Что касается производства продуктов питания и организации сельского хозяйства, правительство Вьетнама разделяет парадигму Зеленой революции, согласно которой растущее население может питаться только за счет интенсификации сельского хозяйства (Fortier and Tran Thi Thu Trang 2013, 88). В соответствии с этим правительственный план реструктуризации сельского хозяйства на 2017–2020 годы нацелен на создание крупных производственных площадей и сокращение доли рабочей силы в сельскохозяйственном секторе (MARD 2017). Попытки модернизации и формализации также структурируют систему розничной торговли пищевыми продуктами за счет расширения супермаркетов, а также реорганизации и сокращения зачастую неформальных рынков влажных товаров (Wertheim-Heck et al. 2015), которые нацелены на более безопасное снабжение продовольствием через роль супермаркетов в частных системах управления безопасностью и стандартах гигиены. (Wertheim-Heck 2015, 4). Кроме того, в сфере потребления усилия по модернизации правительства включают продвижение покупок продуктов питания в супермаркетах и, в частности, продуктов VietGAP (Nicetic et al. 2010), в отличие от покупок на мокром рынке.

В целом, поскольку в последние десятилетия произошли преобразования в экономической и сельскохозяйственной системе, а также в структуре общества, наличие и доступ к продовольственным предложениям претерпели огромные изменения и диверсификацию. В описанном множестве вариантов снабжения продовольствием - некоторые установили, некоторые имеют более недавний характер - люди маневрируют на пути к своим личным решениям и привычкам в отношении потребления, и эта задача усугубляется опасениями относительно безопасности пищевых продуктов. Именно в этой обстановке «дистанцирования», дифференциации и скептицизма возникла новая ниша на рынке органических продуктов питания, ниша, которая указывает на более широкие изменения не только в продовольственной среде страны, но и в отношении социальных проблем, связанных с продовольствием, как это будет происходить. разработан в ходе этой главы.

Чтобы понять траектории органического сектора и перспективы потребителей органических продуктов питания в современном городском Вьетнаме, дискурсивные изменения с точки зрения корпоратизации и потребления в недавнем прошлом страны оказываются осветительными. В процессе перехода от дореформенного центрального планирования к либерализации после ới MĐổi в стране произошла рыночная и глобализация ее экономики, которая была переплетена с появлением того, что можно назвать неолиберальной логикой (Нгуен-во-Ту-Хуонг) 2008, xi). В соответствии с Schwenkel and Leshkowich (2012), неолиберализм в этой главе не понимается как единый проект, а скорее как «глобально разнообразный набор технических практик, институтов, режимов власти и стратегий управления ..., которые постоянно работают, чтобы переосмыслить и время от времени подтверждают неолиберальные технологии массового потребления, приобретения богатства, морального права, режимов стоимости и систем ответственности »(Schwenkel and Leshkowich 2012, 380f.) [3]. Признание исторических и культурных особенностей таких институтов и стратегий (Schwenkel and Leshkowich 2012, 380) также позволяет нам искать неолиберальную логику в рамках официально социалистического однопартийного государства. Частью неолиберальных идеологий, появляющихся на глобально связанном рынке во Вьетнаме, были дискурсы о свободной торговле, приватизации, а также о свободе выбора (Nguyen-vo Thu-huong 2008, xiii; Schwenkel and Leshkowich 2012, 382). Между тем, общее понимание пост-ай-ми-вьетнам как следования «неолиберальному» плану, основанному на модели обществ Северного мира, может быть оспорено на разных основаниях: в рамках рыночной экономики с социалистической ориентацией вьетнамское государство остается политически и экономически всеобъемлющий, а также крупнейший участник вьетнамской экономики (Nguyen-vo Thu-huong 2008, xix). В более общем смысле, неолиберальные практики пересекаются и порой противоречат продолжающимся социалистическим политическим взглядам и нелиберальным практикам (см. Gainsborough 2010; Schwenkel and Leshkowich 2012). Таким образом, все более распространенные понятия частного, индивидуального выбора и личных интересов существуют наряду с сильным государством, которое продолжает управлять личными интересами на расстоянии, которое было выдумано как «социализм издалека» (Ong and Zhang 2008, 3, для дело китая).