Эссе на тему Тема на выбор

Фрагмент текста работы:

Как мы должны понимать справедливость и как возможно её достигнуть
На выбор было представлено несколько тем, но мы выбрали данную – на том основании, что она кажется нам наиболее общей, а, следовательно, и наиболее важной из представленных, как издревле и повелось в философии.
Из предложенных к рассмотрению источников «Апология Сократа» нам никоим образом не подходит, ибо это речь и речь защитная, некая справедливость, означенная ранее и в других местах, уже содержится и подразумевается в ней. Не будет также изложения справедливости и в «Государе» Никколо Макиавелли: там обсуждаются вопросы приобретения и удержания власти. Аристотель рассуждает о справедливости, конечно же, в «Этике», а не в «Политике», и, таким образом, напротив нас оказываются только «Рассуждения о первой декаде Тита Ливия», в которых о справедливости сказано только, что она возникла вследствие создания законов и установления наказаний за их нарушения. Ничего не поделаешь, приходится резюмировать: предложенные к рассмотрению источники не годятся. Однако нам известно, что подобного рода размышления имеются в «Государстве» Платона и «Этике» Аристотеля.
Аристотель понимает справедливое двояко [Большая этика, I, 33, 1193b]:
• справедливое как диктуемое законом. Закон…имеет принудительную силу поскольку является суждением, основанным так или иначе на рассудительности или уме [Никомахова этика, X, 10, 1180a]. Тут нет никакой тавтологии в духе «закон – это справедливо, а справедливость – это закон», потому как закон как раз и был призван отделить справедливое от несправедливого при своем установлении;
• гражданская справедливость как отношение к другому – равенство, которое понимается, например, как пропорциональное соотношение между вносимым и получаемым в сообществе, у Платона содержится аналогичное рассуждение, да и сам Аристотель ссылается на него: справедливость состоит в том, чтобы каждый имел свое и исполнял тоже свое [Государство, IV, 433e] или, как латинский принцип suum cuique . Поясняется это тем, что желающий справедливости желает получить сообразно своему мастерству в занятии, и больше тех, кто не владеет подобным мастерством, а несправедливый – более всех .
Таким образом этика не разделяется с политикой ни Аристотелем, ни Платоном, у последнего об этом говорит само название «Государство или о справедливости».
Для достижения справедливости Платоном предлагается модель идеального государства, с совместной собственностью, совместным воспитанием детей и т.д., но мы крайне далеки от подобных моделей, и почерпнем мы здесь несколько иное: «ни государство, ни его строй, так же как и отдельный человек, не станут никогда совершенными, пока не случится какая-нибудь необходимость, которая заставит этих немногочисленных философов – людей вовсе не дурных, хотя их и называют теперь бесполезными, – принять на себя заботу о государстве, желают ли они того или нет». .
В свою очередь, устроение государства Аристотелем гораздо более реалистично, государство, по его мнению [Никомахова этика, X, 6, 1177a и выше] должно организовываться ради счастия людей, а счастливая жизнь – это жизнь по добродетели, в свою очередь справедливость – одна из добродетелей.
Очевидно, однако, что, во-первых, существует необходимость для управления в людях справедливых, а, во-вторых, в любом государстве существуют военные для его защиты и в их руках будет сосредоточена сила, а c возрастом приходит и рассудительность. Таким образом, фактически управлять должны отставные военные, однако тут важно еще отметить, что первоочередным является необходимое воспитание в добродетели, которое в современных военных предполагать трудно. К тому же, такое государство предполагается крайне ограниченным, малонаселенным по современным меркам и самодавлеющим, т.е. обеспечивающим себя самостоятельно, без внешней торговли [Политика, VII, VIII, в частн. 1329a].
В мире, конечно, происходят прекрасные случайности в духе обнаружения пенициллина, но отдавать такие вещи, как устроение справедливости на волю случая, коим мы считаем мнение толпы (а именно таковое и составляет основу современных демократических систем), представляется крайне неразумным. Нам в современной истории совершенно не удалось достигнуть ничего из предлагаемого выше, и, таким образом двигаться в этом направлении далее представляется неуместным, какой смысл в новых этических теориях, если старые еще даже отдаленно не реализованы? В связи с этим мне на ум приходит лишь Даг Хаммаршёльд, но то было в прошлом веке, шестьдесят лет назад, и никаких подвижек к подобному более не предвидится, скорее, даже наоборот. Об этике и справедливости говорит кто угодно, кроме специально предназначенных для этого людей. Подумать только, каждый год университеты выпускают тысячи, тысячи! специально подготовленных и обученных для справедливости людей, с дипломами и сертификатами, которые так и называются, прямо как у Платона – «философы» и такие люди куда-то деваются, никто не заставляет их принять заботу о государстве, не говоря уже о воспитании добродетелей. Вместо них о мировой экологической ситуации нам говорят подростки, о распределении благ – люди желающие власти или многоимущие. В школах же мы научаем детей практическим навыкам, но никак не рассуждениям, которые должны вкладывать смысл в их применение.
Начать, таким образом, достижение объявленного в заглавии следует с простого – реформирования системы образования, и призвать для этого тех, кто собственно и должен заботиться о справедливости – философов. Ну, а самое главное, всегда следует помнить: sententiae numerantur, non ponderantur .