Эссе на тему Книга, Самюэль Хантингтон. Столкновение цивилизаций

Фрагмент текста работы:

Эссе. Книга, Самюэль Хантингтон. Столкновение цивилизаций
Как отмечает С. Хантингтон, в своей книге «Столкновение цивилизаций», он пытался переосмыслить содержание глобальной политики после Холодной войны, предложить некую модель объяснения международных процессов [1, c. 13]. C. Хантингтон утверждает, что после распада СССР, а вместе с ним и биполярного мира, глобальная политика стала выстраиваться вдоль новых линий – культурных, она стала полицивилизационной, а культурная идентификация для некоторых людей стала едва ли не самой важной вещью. При этом высшим уровнем идентификации является уровень цивилизации, а культуру и цивилизацию С. Хантингтон считает единым целым. Мировой порядок, согласно автору, выстраивается на основе цивилизаций, среди которых он выделяет синскую (конфуцианскую), японскую, исламскую, индуистскую, православную, западную, латиноамериканскую и возможно африканскую цивилизации.
Действительно, сегодня цивилизационная общность становится фактором региональной интеграции, осью формирования больших пространств. Однако на мой взгляд границы этих пространств отличаются от указанных С. Хантингтоном. Можно отметить ЕС как объединение на основе европейской культуры и идентичности, ЕАЭС как объединение на платформе евразийских ценностей, АСЕАН, сформированную на основе азиатского сообщества. Таким образом, в западной цивилизации можно отметить разделение на североамериканскую модель развития и континентальную европейскую, что проявляется и в разных правовых системах, разных подходах к ведению бизнеса, политических доктринах, менталитете. Православная цивилизация во главе с Россией является в большей степени культурно-исторической общностью и в меньшей степени политической силой, например, чем пророссийское евразийское сообщество. Последнее основано не столько на религиозной близости, сколько на общности исторического советского прошлого, пространственной близости, экономических связях внутри ЕАЭС.
С. Хантингтон говорит об угасании конфликтов внутри Запада, где остались фактически два полюса: США и Европа. Однако, по моему мнению, сегодня об этом нельзя говорить столь однозначно. Внутри ЕС накапливается множество противоречий. Великобритания вышла из ЕС (Brexit), Италия, Греция и Испания имеют огромный государственный долг, другие страны ЕС не хотят содержать их и страны Восточной Европы, европейские страны не могут достигнуть договоренностей в отношении миграционной политики, а во время корона-кризиса произошло закрытие национальных границ и, что еще хуже, не была проявлена европейская солидарность в отношении оказания помощи странам, наиболее пострадавшим от болезни. Противоречия между европейскими странами в отношении друг друга являются возможно наиболее острыми, чем их противоречия во взаимоотношениях с другими странами.
Безусловно, объяснение мировых процессов лишь с позиций цивилизационной принадлежности является достаточно упрощенным, существует множество других факторов, движущих мировой политикой, и С. Хантингтон это признает, однако при этом предложенная им модель сохраняет определенную ценность. Абстрактная теоретическая модель всегда является упрощением реальной действительности, но именно поэтому и обладает практической пользой, так как позволяет человеческому мышлению сконцентрироваться на значимых особенностях явления и изучать его, систематизировать реальность, определить связи между явлениями, выстроить прогноз. В данном случае С. Хантингтон, конечно, сознательно упрощает мировые процессы, но при этом нельзя не отметить, что фактор цивилизационной идентичности становится одной из реалий мировой политики. Модель однополярного и двуполярного мира, модель политического реализма, модель управляемого хаоса – все эти модели позволяют объяснить некоторые процессы в мировой политике. Предложенная С. Хантингтоном полицивилизационная модель мира является четвертой моделью и в некоторой степени в ней сделана попытка обобщить вышеперечисленные модели: так, в мире выделяется два ведущих полюса – западная и незападная совокупности, национальные государства остаются важнейшими акторами, но их союзы и конфликты все чаще определяются цивилизационными факторами, в мире царит анархия, изобилующая конфликтами, но наиболее глубокие конфликты все же проходят по линиям цивилизаций. Модель С. Хантингтона не является универсальной, но, тем не менее, я считаю, что она отражает существенные тенденции мировой политики.